Пятицветные облака благодати медленно опускались на землю. Культиватор внутри древних ворот успешно преодолел скорбь, и с небес пролился дар Высшего Дао.

В этот миг глубокие озарения в мыслях Цзянь Инхао и Се Фэна резко оборвались. Скорость вращения истинной сущности в их телах замедлилась, а бушевавшие эманации начали постепенно утихать. Возможность понаблюдать за девятикратной небесной скорбью с такого близкого расстояния принесла обоим колоссальную пользу.

— Какая жалость, мне не хватило совсем чуть-чуть, чтобы нащупать преграду стадии Махаяна! — с легким сожалением, но без капли уныния произнес Цзянь Инхао.

Он тут же снова уселся в позу лотоса, стараясь как можно глубже зафиксировать в памяти те крупицы законов Небесного Дао, что успел уловить.

Се Фэну тоже пришлось приложить немало усилий, чтобы силой своей культивации подавить рвущуюся наружу энергию прорыва. И лишь Чэн Лин все еще оставался в состоянии глубокого транса. Эта девятикратная скорбь позволила ему уловить смутные очертания барьера, отделяющего его от стадии Махаяна. Хотя это понимание пока оставалось туманным, оно непрестанно эхом отзывалось в его сознании.

Так прошло около получаса. Пятицветные облака окончательно рассеялись, и небо на мгновение очистилось.

Придя в себя, троица уже собиралась выдвинуться к третьему хребту, чтобы продолжить сбор редких трав. Однако не успели они сделать и шага, как едва разошедшиеся тучи начали стремительно сгущаться вновь. Поскольку прежняя грозовая мгла не успела полностью истаять, в этот раз она заволокла небосвод еще быстрее.

Цзянь Инхао с восторгом посмотрел на потемневшую высь над древней резиденцией:

— Похоже, пришел черед второго! Ну и ну, теперь и Е Цзинхун, и Фэн Яньжань вместе совершат прорыв к стадии Махаяна. Если я еще раз смогу прочувствовать мощь небесной скорби, то, возможно, тоже сумею пробить бутылочное горлышко на этой волне!

Спутники радостно закивали и вновь сосредоточили все свое внимание на небесах.

Спустя час грозовые тучи окончательно сформировались, и округу потряс оглушительный рокот, от которого содрогнулись небо и земля.

Грохнул первый удар!

Первая волна молний по своей силе почти не отличалась от предыдущей скорби. Судя по всему, природный талант и глубина основ у Е Цзинхуна и Фэн Яньжань были примерно на одном уровне.

Троица у подножия вновь погрузилась в созерцание, жадно впитывая разливающиеся в пространстве эманации законов. Вторая волна, третья, четвертая… Молнии сыпались одна за другой.

К моменту, когда небеса извергли уже восьмую волну, от тела Цзянь Инхао внезапно во все стороны ударила мощнейшая энергетическая волна. Долгие часы созерцания двух скорбей подряд принесли свои плоды: парень наконец сокрушил оковы и достиг пика стадии Преодоления Скорбей!

Причем эта внезапная вспышка мощи была настолько яростной, что он временно потерял над ней контроль.

Раздался резкий, пронзительный звон меча, который мгновенно выдернул Чэн Линя и Се Фэна из медитации. В ту же секунду висевшие над ними тучи закружились неистовым вихрем. Они начали стягиваться со всех направлений с утроенной силой, а непрекращающийся грохот грома стал просто невыносимым.

Се Фэн побледнел от удивления:

— Плохо дело! Брат Цзянь тоже спровоцировал свою небесную скорбь! Что же делать, у него ведь нет с собой абсолютно никаких защитных заготовок!

Чэн Лин силой воли подавил подступившую панику. Когда двое культиваторов одновременно проходят девятикратное очищение громом в такой близости друг от друга — пусть даже между ними и есть некоторое расстояние — это порождает синергию разрушения чудовищной силы. При худшем раскладе молнии сотрут в порошок не только самих практиков, но и разнесут в щепки всю древнюю резиденцию.

Фэн Фэйфэй и старейшины явно будут не в восторге от такого исхода, не говоря уже о том, что буйство стихии уничтожит бесценные горные хребты, до отказа забитые редчайшими духовными растениями.

Понимая, что масштаб надвигающейся катастрофы слишком велик, Чэн Лин резко схватил Цзянь Инхао и на предельной скорости помчался к самой границе защитного барьера резиденции, стараясь увести его как можно дальше от ворот секты. Се Фэн мгновенно разгадал его замысел и тенью бросился следом.

Тем временем колоссальная грозовая туча в небе словно попала под воздействие двух гигантских магнитов. Ее с мясом разорвало пополам: одна часть осталась бурлить над воротами древней секты, а вторая плотным черным саваном зависла прямо над головой Цзянь Инхао.

Задействовав свое пятидесятипроцентное пространственное намерение в сочетании с техникой Шага Глубокой Пустоты, Чэн Лин ловко миновал десятки возникающих на пути пространственных разломов. Буквально за время одной чашки чая они добрались до самого края безопасной зоны.

— Брат Цзянь, не теряй времени, готовься! — выкрикнул на бегу Чэн Лин, бросая товарищу пилюли. — Живо глотай эти Пилюли Преодоления Скорбей, а я прямо сейчас разверну для тебя защитные массивы!

Цзянь Инхао с благодарностью кивнул, поймал флакон и тут же принял лекарство. Истинная сущность меча в его меридианах завертелась с бешеной скоростью. С суровым выражением лица он вскинул голову, в упор разглядывая кружащуюся вверху бездну в ожидании первого удара.

В это время Чэн Лин превратился в едва различимый смазанный силуэт. С максимально возможной скоростью он принялся вбивать в землю вокруг товарища один столб за другим. Духовная энергия в этих местах была настолько плотной, что развертывать поддерживающие формации не имело смысла — требовались лишь чистая защита и массивы перенаправления молний.

Облака над головой становились все тяжелее, а раскаты грома — все яростнее. Чэн Лин буквально соревновался со временем, без остановки отправляя в почву столбы и флаги. Спустя час над землей наконец поднялся массивный прозрачный купол оборонительного барьера. Мало того, рядом с ним Чэн Лин на всякий случай успел соорудить три Формации Отвода Грома и Массив Накопления Электричества.

Было бы непростительной глупостью упустить столько чистейшей энергии. Девятикратная небесная скорбь несла в себе колоссальную мощь, и юноша планировал использовать собранное электричество, чтобы напитать собственные силы и штурмовать стадию Махаяна.

Се Фэн встал на приличном удалении от зоны поражения, готовый в любой момент защитить товарищей от внешних угроз.

Стоило барьеру сомкнуться, как небеса взорвались, и первая молния скорби огненным столпом рухнула вниз.

Небесное очищение Цзянь Инхао оказалось заметно сильнее, чем у Е Цзинхуна или Фэн Яньжань — первая же упавшая ветвь электричества была толщиной с руку ребенка. Чэн Лин мысленно закивал: потенциал брата Цзяня действительно поражал, он как минимум не уступал, а то и превосходил лучших учеников из девяти великих фракций.

Сокрушительный удар грома пришелся точно по куполу формации. Небольшая часть энергии тут же была поглощена отводным массивом и ушла в накопитель, а оставшаяся масса заставила защитный экран лишь слегка пойти рябью. Видя это, Цзянь Инхао облегченно выдохнул. С такой мощной поддержкой от Чэн Линя у него были все шансы пройти это испытание без особых потерь.

Чэн Лин скользнул в сторону и устроился у самой кромки накопительного массива. Сделав глубокий вдох, он запустил метод культивации. Мощные потоки очищенной грозовой энергии хлынули в его тело, мгновенно преобразуясь в истинную сущность меча и растекаясь по каналам меридианов и даньтяню.

По какой-то причине, несмотря на то что его уровень уже давно уперся в пик стадии Преодоления Бедствия, его тело продолжало впитывать эту силу, словно бездонная бочка. Энергия распределялась по даньтяню, меридианам, плоти и костям, непрестанно насыщая, укрепляя и перековывая его физическую оболочку.

Чуть поодаль Се Фэн тоже сидел в позе лотоса. После того как он лично стал свидетелем двух подряд девятикратных скорбей человеческих мастеров, барьер в его собственном теле начал давать серьезные трещины. Однако эти земли были далеко не лучшим местом для его собственного прорыва. В отличие от Цзянь Инхао, он обладал телом полудемона. Более того, в глубине его души скрывалась великая тайна, которую он ни в коем случае не хотел демонстрировать окружающим.

Но сейчас, охраняя товарища и в третий раз ощущая плотные эманации законов Высшего Дао, исходящие от падающих молний, он понял, что рвущуюся наружу силу прорыва больше невозможно сдерживать. Культиватор, находящийся в непосредственной близости от эпицентра небесной скорби, пусть и не испытывает на себе прямого давления стихии, все равно оказывается с головой накрыт волнами разливающейся ауры законов, от которой невозможно отгородиться.

Вспышки озарений лавиной хлынули в его разум, даруя бушующей внутри энергии колоссальный импульс.

Молнии падали одна за другой. Когда дело дошло до седьмой волны, Се Фэн окончательно потерял контроль над своей культивацией. Понимая, что деваться некуда, он отправил Чэн Линю срочное ментальное послание:

— Брат Чэн, прошу, помоги мне! Я больше не могу сдерживаться, моя небесная скорбь тоже активировалась!

Чэн Лин в этот момент как раз пребывал на пике блаженства от единения с законами природы. Три девятикратные скорби подряд, колоссальный объем энергии в мыслях и чистейшая энергия из накопителя дали куда больший эффект, чем простое наблюдение со стороны — он наконец-то отчетливо и осязаемо нащупал твердую стену стадии Махаяна!

И тут в его уши ворвался панический голос Се Фэна.

Юноша вздрогнул от неожиданности и едва не подпрыгнул на месте:

— Брат Се Фэн, ты с ума сошел?! Небесная скорбь — это тебе не деревенская ярмарка, чтобы устраивать тут столпотворение! В этой крошечной зоне уже три человека подряд вызывают гром. Сила скопившегося в небесах электричества и так раздулась до безумных масштабов! Если ты добавишь сюда еще и свою долю, эти древние ворота разнесет на атомы!

Се Фэн горько отозвался в его мыслях:

— Брат Чэн, думаешь, я сам этого хотел? Моя сила окончательно взбунтовалась, я просто не могу ее удержать. Не переживай, я не собираюсь оставаться здесь. Прошу, выведи меня обратно в зону демонических тварей, я приму бой там!

Чэн Лин на секунду опешил. Обычно культиваторы из кожи вон лезут, чтобы найти для прорыва место с наивысшей концентрацией чистой духовной энергии. Зачем Се Фэну добровольно отказываться от прекрасных условий возле ворот секты и бежать в пропитанные скверной земли демонов? Впрочем, вспомнив о его полудемоническом происхождении, юноша предположил, что хаотичная и смешанная атмосфера тех мест может лучше подходить для его темной половины.

Делать было нечего. Чэн Лин бросил быстрый взгляд на Цзянь Инхао, который как раз принимал на себя удары финальной волны. Благодаря выстроенным массивам, тот гарантированно должен был завершить прорыв в полной безопасности.

— Хорошо, брат Се Фэн, за мной! — скомандовал Чэн Лин.

С этими словами он сорвался с места и устремился прочь из резиденции. Се Фэн неотступно следовал за ним, и уже через несколько мгновений оба преодолели защитную завесу древних ворот, вновь оказавшись в бесплодных землях демонических тварей.

Отыскав относительно глубокое и скрытое от чужих глаз ущелье, Се Фэн резко взмахнул широким рукавом. На землю с глухим стуком посыпались десятки миллионов высокоранговых духовных камней, мгновенно образовав вокруг него внушительную сияющую гору.

С мертвенно-бледным лицом он повернулся к спутнику:

— Брат Чэн, вся надежда на тебя. Сделай для меня Массив Сбора Духовной Энергии, Защитную Формацию и… Массив Сокрытия Ауры!

Увидев эту гору драгоценных камней, Чэн Лин понял, что чистая энергия демону все-таки требуется. Он покачал головой и бросил ему нефритовый флакон:

— Здесь полтора десятка Пилюль Преодоления Скорбей, они должны помочь. Защиту и сбор энергии я сделаю без проблем, но зачем тебе здесь маскировочный массив?

Лицо Се Фэна исказилось от горькой усмешки, и он покачал головой:

— Брат Чэн, когда начнется гроза, ты сам все поймешь. Время поджимает, пожалуйста, поторопись.

Видя, что товарищ явно недоговаривает и пытается скрыть какую-то глубокую личную драму, Чэн Лин проявил тактичность и больше не задавал вопросов. Он полностью сосредоточился на расчете узловых точек будущей формации.

Спустя сутки непрерывной работы все барьеры были окончательно завершены. Се Фэн перевел дух, достал одну из пилюль и решительно проглотил ее.

В то же мгновение от его тела во все стороны ударила настолько яростная, дикая и древняя аура, что у Чэн Линя перехватило дыхание. И без того серое и угрюмое небо над землями демонов потемнело до иссиня-черного цвета. Плотные грозовые облака со свистом закручивались над головой Се Фэна, впитывая в себя местную хаотичную и оскверненную энергетику.

Почувствовав, как пространство вокруг начинает буквально душить своей тяжестью, Чэн Лин благоразумно отступил назад почти на пятнадцать ли. Он с тревогой смотрел на зловещую воронку в вышине, сомневаясь, сможет ли Се Фэн пережить очищение в столь агрессивной среде.

Грозовой фронт долго бурлил и накапливал мощь в вышине. Глухие раскаты грома, напоминавшие рев первобытных чудовищ, разносились на многие мили вокруг. Накатившее давление высшего небесного гнева настолько перепугало местных демонических тварей, что те в панике бросились врассыпную. Буквально за пару часов в радиусе ста ли не осталось ни одного живого монстра.

И вот небо разорвало напополам!

После долгих часов подготовки первая волна угольно-черных молний с грохотом обрушилась на ущелье. Защитный барьер и маскировочная формация в ту же секунду яростно задрожали, наливаясь ослепительным светом. Из-за того что тучи впитали в себя скверну демонических земель, мощь падавшего электричества в несколько раз превосходила обычную человеческую скорбь. В кромешной тьме то и дело вспыхивали яростные дуги света.

Пользуясь короткими мгновениями, когда разряды молний добела выжигали темноту, Чэн Лин активировал свое восприятие и заглянул внутрь барьера. Созданный им маскировочный массив для его собственного взора не являлся преградой.

Сквозь переплетение светящихся линий формации юноша с изумлением обнаружил, что человеческий облик Се Фэна полностью стерся. На его месте в центре ущелья замер колоссальный монстр шириной в несколько десятков чжан. Расправив мощную грудь, этот величественный зверь бесстрашно прыгнул вверх, идя на таран против падающих молний!

Исполинское существо отдаленно напоминало могучего льва, но при ближайшем рассмотрении не имело с ним ничего общего.

Из самого горла чудовища вырвался яростный, сотрясающий небеса рев! От тела монстра во все стороны ударила волна такой первобытной и абсолютной власти, что в сотне ли от эпицентра все недобитые демонические твари, услышавшие этот звук, мгновенно задрожали всем телом. Они без малейшего сопротивления падали на брюхо и в ужасе прижимали головы к земле, словно приветствуя законного короля своей крови.

Чэн Лин застыл на месте, потрясенный увиденным. С каждым новым ударом молнии, когда электрические разряды толщиной с бедро взрослого мужчины заливали ущелье светом, очертания чудовищного зверя становились все более отчетливыми.

Внешний вид этого создания сочетал в себе черты самых разных существ: голова льва, раскидистые оленьи рога, тигриные глаза, тело рыбы с чешуей дракона и бычий хвост. При этом его длинная шерсть на хвосте действительно напоминала хвост истинного дракона, на лбу красовался массивный нарост, плавно переходящий в рог, а переливчатая чешуя вспыхивала под ударами тока. Само тело исполина то становилось осязаемым, то призрачно растворялось в воздухе.

Когда очередная чудовищная молния со свистом врезалась в землю, Чэн Лин больше не мог сдерживать бушующие в груди эмоции. Глядя на величественный силуэт в кольце огня, он потрясенно закричал:

— Цилинь! Он… он же подлинный цилинь, один из четырех великих священных зверей древности!