Онлайн чтение книги Девять абсолютов бессмертного пути Nine Absolutes of the Immortal Path
477 Безвыходное положение

Двое преследовавших его мастеров стадии Преодоления Бедствия были не кем иными, как старейшиной Клана Наньгун по имени Наньгун Цянь и старейшиной Клана Оуян по имени Оуян Ле. Оба они обладали культивацией начального уровня стадии Преодоления Бедствия и отвечали за первый рубеж заградительного оцепления.

Поначалу они полагали, что, превосходя соперника на целый крупный ранг, без труда захватят инициативу и первыми заберут главную награду. Шутка ли — те сокровища, что Чэн Лин умудрился вынести из Долины Короля Пилюль, сами по себе являлись колоссальным искушением.

Но кто мог предположить, что этот мальчишка окажется настолько неуловимым? Они гнались за ним уже долгое время, но так и не смогли сократить дистанцию, в то время как от его руки пали уже несколько тысяч рядовых практиков. Подобный позор заставлял лица стариков гореть от стыда: если они упустят добычу, то неизбежно станут посмешищем для всего континента Лазурных Волн.

К их глубокому сожалению, несмотря на подавляющий ранг культивации, ни один из них не специализировался на техниках чистой скорости. Им оставалось лишь неотступно следовать за ускользающим силуэтом Чэн Лина, глотая пыль у него за спиной.

Юноша тем временем стремительно продвигался вглубь лесного массива, на ходу выставляя хаотичные барьеры, чтобы хоть немного замедлить погоню. Мысли в его голове сменялись одна за другой. Очевидно, его первоначальный расчет оказался ошибочным: Нефритовая Столица превратилась в смертоносное змеиное гнездо, и соваться туда сейчас было чистой воды безумием.

Из доступных путей оставались лишь Запад и Восток. О его связях с Сектой Асуры великие фракции наверняка были прекрасно осведомлены. Раз уж они смогли стянуть такие колоссальные силы к Нефритовой Столице, то и на остальных направлениях его гарантированно поджидали плотные заслоны. Чтобы выжить, ему необходимо было полностью разрушить их стратегический замысел и перехватить инициативу.

Идущие по пятам старейшины все еще держались на определенном расстоянии. Это давало ему краткую передышку, которой нужно было воспользоваться, чтобы окончательно разорвать дистанцию.

С этой мыслью он начал активно маневрировать среди вековых деревьев. Создание высокоранговых Боевых массивов требовало огромного количества времени, однако для развертывания простейшей Иллюзорной формации этого не требовалось. Если ему удастся сковать двух старейшин в этой точке, шансы на успешный побег возрастут многократно!

Он непрерывно менял векторы движения, один за другим вбивая в землю скрытые духовные знаки. Постепенно эти энергетические точки связались в единую невидимую сеть, сформировав Иллюзорную формацию Пяти Стихий. Сама по себе эта структура не отличалась сложностью, однако в условиях форсированного бегства просчитать идеальные узловые точки для ее активации могли лишь единичные мастера мастерства формаций.

Петляя между узлами формации на протяжении целого дня, юноша просканировал пространство: оба старика по-прежнему висели у него на хвосте. Хуже того, рассеянные ранее практики мелких сект под жестким давлением великих сил снова сгруппировались в отряды, сформировав вокруг него новое эффективное кольцо оцепления.

Из-за этого скорость его продвижения неизбежно упала. Чэн Лин выкрутил ментальное восприятие на максимум. К счастью, этот лесной массив обладал колоссальной протяженностью, и остальные старейшины стадии Преодоления Бедствия физически не успевали прибыть к месту схватки.

Юноша продолжал методично выкашивать попадающихся на пути учеников вассальных сект, непрерывно смещаясь по внешнему контуру созданной им иллюзорной ловушки. Ему нужно было создать видимость хаотичного бегства, чтобы преследователи не смогли просчитать его истинный маршрут. По этой причине он то устраивал резню на восточном фланге, то в следующее мгновение перемещался на юг, а спустя короткое время его аура уже вспыхивала на западе.

Оуян Ле и Наньгун Цянь окончательно запутались в этой чехарде. Им оставалось лишь слепо следовать за оставляемыми им следами крови, без конца меняя направление движения.

В этот момент Чэн Лин мысленно благодарил судьбу за то, что в свое время ему удалось освоить Технику Пустоты. Этот мистический шаг, подкрепленный концепцией Пространства, был невероятно глубок и позволял ему виртуозно маневрировать в пределах нескольких дюймов. С учетом скоростных бонусов от концепций Ветра и Молнии, он заставил стариков описать более десятка кругов, но так и не позволил им приблизиться к себе.

Однако долго так продолжаться не могло. Двое старейшин вцепились в него подобно трупным червям, и пока он не избавится от них, совершить рывок за пределы леса будет равносильно самоубийству. Его разум оставался холодным: он отчетливо понимал, что облаву возглавляют далеко не только эти двое. За пределами чащи его наверняка поджидали куда более могущественные сущности.

С момента обнаружения засады прошел уже целый час. Юноша внутренне содрогался от нарастающей тревоги: если он промедлит еще немного и позволит внешнему кольцу мастеров стадии Преодоления Бедствия сомкнуться, вырваться из капкана будет абсолютно невозможно!

Оуян Ле и Наньгун Цянь испытывали не меньшую фрустрацию. В процессе погони они уже бесчисленное количество раз отчетливо видели силуэт Чэн Лина, но стоило им сделать выпад, как юноша мгновенно растворялся в воздухе, не оставляя и следа, чтобы спустя мгновение материализоваться совершенно в другой стороне. Обладая колоссальным боевым опытом, они быстро сообразили, что их заманили в какую-то скрытую формацию. Однако, даже осознавая этот факт, поделать ничего не могли — оба они были абсолютно невежественны в вопросах создания массивов.

Оуян Ле на мгновение замер и мрачно произнес:

— Брат Наньгун, так продолжаться не может. Этот щегол скользкий как вьюн. До меня доходили слухи, что он силен в искусстве формаций, и сегодня мы убедились в этом лично.

— У тебя есть предложения? — процедил сквозь зубы Наньгун Цянь. Каждая их попытка настичь Чэн Лина напоминала удар кулаком по мягкой подушке, что заставляло его кровь закипать от ярости.

— Нам нужно разделиться и взять под контроль ключевые направления. Его конечной целью в любом случае являются либо Академия Знаменитого Меча на юге, либо Секта Асуры на западе. Третьего не дано. Что касается Востока и Севера, там прочно закрепились силы Дворца Морского Дракона Восточного моря и Секты Эфирного Снега — даже если он сунется туда, его ждет лишь верная смерть!

Наньгун Цянь ненадолго задумался и, признав логику этих слов, кивнул:

— Клан Оуян издревле контролирует южные рубежи, так что это направление я оставляю на тебя. Сам же я отправлюсь на запад, чтобы отрезать ему путь к Секте Асуры!

Обменявшись короткими кивками, два великих мастера разошлись в разные стороны, сужая кольцо поиска.

В этот момент Чэн Лин вел ожесточенный бой на восточном фланге, пробиваясь сквозь плотные ряды практиков мелких сект. Как он и предполагал, это направление было перекрыто наиболее плотно. При этом он сознательно не стал завлекать этих бойцов в зону действия своей Иллюзорной формации: созданная на скорую руку структура была слишком хрупкой и предназначалась исключительно для дезориентации главных преследователей. Если в ее контур ворвется слишком много людей, энергетические узлы попросту будут раздавлены массой.

Ему оставалось лишь мобилизовать все свои силы и принять открытый бой.

Меч Рёва Дракона непрерывно выписывал в воздухе кровавые дуги, и никто из рядовых практиков не мог выдержать и одного его удара. Однако, как гласит мудрость, «рой муравьев способен загрызть слона» — непрерывный поток свежего пушечного мяса существенно сковывал его маневренность, вызывая у юноши крайнее раздражение.

В ходе этой изнурительной схватки, унесшей жизни еще одной тысячи врагов, его Зародыш Меча вплотную приблизился к пику низкорангового оружия класса Меча — до прорыва на средний ранг оставался буквально один шаг.

В этот момент его ментальное сканирование зафиксировало стремительное приближение Наньгун Цяня. Изменив траекторию, Чэн Лин резким выпадом разорвал кольцо окружения и скользнул обратно вглубь Иллюзорной формации.

Беспрестанное давление со стороны двух старейшин стадии Преодоления Бедствия наконец пробудило в его душе настоящий, первобытный гнев. Увидев, что преследователи разделились, он принял жесткое решение: встретить врага лицом к лицу и проверить свои силы в настоящей схватке!

« Времена, рельеф и союзники...» — сейчас он мог рассчитывать исключительно на преимущество местности. Использовать Технику Самопожертвования Небесного Демона в текущих обстоятельствах было нецелесообразно, а значит, ему предстояло опираться исключительно на свой собственный базовый потенциал, чтобы сойтись в лобовом столкновении с мастером стадии Преодоления Бедствия.

Кровь в его жилах буквально закипела, а правая рука, сжимающая Меч Рёва Дракона, мелко задрожала от предвкушения. В свое время ему уже доводилось сталкиваться с мастером подобного уровня в лице Бянь Сюэшаня, так что он примерно представлял себе их разрушительный потенциал. Но тогда победа была достигнута совместными усилиями всей группы, подкрепленными Техникой Управления Мечом и секретным запретным методом. Сейчас же все было иначе — это был чистый поединок один на один.

Дистанция между ними стремительно сокращалась. Наньгун Цянь отчетливо видел, что Чэн Лин прекратил бегство и замер в центральной зоне, в то время как стягивающиеся со всех сторон рядовые практики кружили по внешнему радиусу, не в силах преодолеть невидимый барьер.

Старик внутренне подобрался: «Похоже, этот щегол действительно закрепился внутри своей формации». Впрочем, мотивы юноши оставались для него загадкой. Чэн Лин не мог не понимать, что подобная слабая структура не станет серьезным препятствием для мастера стадии Преодоления Бедствия. Раз он остался на месте, означает ли это, что он смирился со своей участью, или же действительно рассчитывает навязать бой?

В сердце старейшины на мгновение промелькнуло смутное чувство опасности, но он тут же подавил его усилием воли. Практики стадии Преодоления Бедствия по праву считались вершиной боевой мощи континента Лазурных Волн. Количество мастеров стадии Махаяны во всех девяти великих орденах было строго лимитировано — в некоторых фракциях их насчитывалось не более пяти, а где-то и вовсе один-два человека. Клан Оуян служил тому ярким примером: помимо верховного предка Оуян Сюна, единственным официально признанным мастером этой стадии у них являлся Оуян Тянь. Именно по этой причине безвременная гибель Оуян Мина повергла клан в абсолютное безумие, заставив их пойти на любые жертвы ради уничтожения Чэн Лина!

Мощным рывком пробив контур формации, Наньгун Цянь приземлился в трех чжанах от юноши и ледяным тоном произнес:

— Что, выдохся? Или ты действительно возомнил, что твоих ничтожных сил хватит, чтобы противостоять мне? Какая нелепая глупость. Неужели ты до сих пор не осознал ту непреодолимую пропасть, что разделяет стадии Слияния и Преодоления Бедствия?

Чэн Лин лишь спокойно улыбнулся в ответ:

— Пока мы не скрестили клинки, откуда тебе знать, на что я способен?

— В таком случае — готовься к смерти! — прорычал Наньгун Цянь.

Взмахом рук старик мгновенно сформировал несколько ревущих огненных драконов, которые лавиной устремились на юношу.

Чэн Лин резко активировал Технику Пустоты, в то же мгновение соткавшись прямо за спиной старейшины. Его клинок выдал серию из четырех молниеносных выпадов — удары казались одновременно и тяжелыми, и невесомыми, подобно призрачной дымке над волнами.

Наньгун Цянь мгновенно ощутил, что концептуальное наполнение этой атаки абсолютно неуловимо для его восприятия. Ранее, наблюдая за действиями юноши с высоты птичьего полета, он видел лишь безупречную технику меча, но теперь, столкнувшись с ней лично, ощутил укол леденящего страха. Всего одна атака соперника вынудила его спешно уходить с траектории удара!

Сместившись на три чжана в сторону, старик левой рукой очертил в воздухе огненный круг, блокируя остаточную энергию выпада Чэн Лина. Одновременно с этим его правая рука сделала несколько резких пассов, отправляя новые огненные потоки наперерез длинному мечу юноши.

Чэн Лин мгновенно перестроил траекторию движения клинка. Интенсивная волна удушающего жара вырвалась из его собственного тела — прием «Бушующее пламя, опаляющее небеса» из Стиля Меча Девяти Абсолютов столкнулся с атакой старейшины. Он осознанно пошел на лобовой конфликт «пламя против пламени», не уступая врагу ни пяди пространства!

Колоссальные огненные энергии с грохотом столкнулись в воздухе. Взрывная волна в мгновение ока превратила вековые деревья вокруг них в щепки, и контур Иллюзорной формации опасно затрепетал, находясь на грани полного разрушения.

«Скверно», — подумал Чэн Лин. Если формация падет, караулившие снаружи практики мелких сект мгновенно определят их местоположение. Хуже того, где-то неподалеку бродил второй старейшина стадии Преодоления Бедствия — если они объединят свои усилия, вырваться из окружения будет практически невозможно. Ему нельзя было затягивать этот поединок: в случае крайней необходимости он был готов без колебаний активировать Технику Управления Мечом.

Сосредоточившись, он ментально активировал Меч Возвышающийся Дракон в своем теле, приготовившись нанести решающий удар в любой удобный момент. При этом его Меч Рёва Дракона ни на секунду не прекращал своего движения: размашистым горизонтальным ударом юноша полностью рассеял остаточную взрывную энергию пламени!

Свист! Свист! Свист!

Разлетающиеся во все стороны языки бушующего огня накрыли как раз ту часть внешнего оцепления, которая попыталась прорваться внутрь, снова устроив среди рядовых практиков жуткую панику. Испуганные бойцы поспешно отступили назад, освобождая огромную площадь для полноценного поединка двух титанов.

Наньгун Цянь глубоко вздохнул и непрерывными пассами рук начал формировать целые каскады сложнейших заклинаний. Воздух заполнился яркими, ослепительными вспышками, напоминающими праздничный фейерверк. Однако за этой чарующей красотой скрывалось леденящее душу смертоносное намерение.

Чэн Лин бесстрашно шагнул навстречу этой сияющей стене пламени, раз за разом обрушивая на врага свои самые разрушительные козыри из Стиля Меча Девяти Абсолютов!

«В пределах четырех морей», «Лед толщиной в три фута», «Слияние тысячи рек», «Золотое сияние, озаряющее мир», «Бескрайнее море крови» — каждый его выпад нес в себе колоссальный заряд первородной энергии. Температура на поле боя хаотично колебалась от арктического холода до удушающего зноя. В один миг пространство наполнялось плотной тяжестью концепции Земли, в следующий — стремительным потоком концепции Воды, ослепительным блеском Металла и удушающей аурой бездонного моря крови.

С каждым новым обменом ударами Наньгун Цянь испытывал все более глубокое потрясение. Набор приемов его молодого противника казался поистине неисчерпаемым. Это были далеко не только базовые стойки меча — каждый смертоносный выпад юноши сочетал в себе тончайшие нюансы различных концепций Пяти Стихий, заставляя старейшину обороняться из последних сил. Теперь ему стало абсолютно понятно, почему этот парень обладал столь чудовищным боевым потенциалом: Чэн Лин являлся обладателем редчайшего духовного корня Пяти Стихий! Подобные практики были невероятно опасны, ведь их запасы истинной энергия во много раз превосходили показатели обычных культиваторов, а разрушительная мощь техник не поддавалась логике.

Наньгун Цяня спасало лишь то, что Чэн Лин еще не закрепился на его ранге культивации. Старик мобилизовал все свои внутренние ресурсы, выплескивая колоссальные объемы огненной Ци, чтобы блокировать эту непрекращающуюся лавину атак.

Чэн Лин же, напротив, испытывал неописуемый восторг от этого поединка. Подобная жесткая схватка оказывала колоссальное стимулирующее воздействие на его собственный потенциал. Культивация соперника превосходила его силы в разумных пределах, так что создаваемое им давление не было смертельным, но при этом заставляло юношу выжимать максимум из своего тела. Степень слияния различных концепций в его клинке стремительно крепла, а духовная энергия меча циркулировала по меридианам с такой бешеной скоростью, что он отчетливо ощутил первые признаки приближающегося прорыва!