Сокрушительная сила притяжения была настолько велика, что Чэн Линь не мог оказать ей ни малейшего сопротивления. Его тело на бешеной скорости летело вниз; от яростного трения о воздух раздался резкий свистящий треск, а по коже распространился сильный, едкий запах гари.

Спустя мгновение всасывающий напор резко усилился, тело парня обо что-то с силой ударилось, после чего в глазах у него потемнело, а сознание погрузилось в беспамятство.

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Чэн Линь наконец пришел в себя. Попытавшись хоть немного пошевелиться, он ощутил пронзительную, невыносимую боль по всему телу: казалось, его кости и мышцы при падении были перемолоты в мелкое крошево, а конечности полностью утратили чувствительность. Лишь божественное чувство не пострадало и работало без сбоев.

Сделав едва заметный, тяжелый выдох, он содрогнулся от мысли, с какой же неописуемой высоты ему пришлось лететь по прямой, чтобы превратить собственное тело в неподвижную колоду. На стадии Преодоления Бедствия плоть и кровь практика по своей прочности уже практически не уступают закаленному сто раз металлу, и обычные атаки не способны оставить на ней даже царапины.

Более того, Чэн Линь параллельно практиковал методы закалки тела, благодаря чему его плоть по твердости сравнялась с мечами низшего ранга. Трудно было даже вообразить, какую чудовищную скорость он развил при падении и какой силы удар принял на себя. Не обладай он столь глубокой и мощной культивацией, его бы уже давно размазало по дну в кровавое месиво.

К счастью, пространство внутри золотого столпа света напоминало изолированный пространственный барьер, который полностью заблокировал внешнюю Иньскую стужу. В противном случае с его нынешними травмами он бы не продержался и пары мгновений.

Расширив радиус божественного чувства, он обнаружил, что световой барьер очерчивал небольшую круглую площадку диаметром около десяти чжанов, а сам он рухнул у её левого края. Под его телом ощущалась неровная, бугристая поверхность, а пальцы уловили холодную текстуру какого-то металла.

Поскольку сейчас ему ничего не угрожало, первоочередной задачей стало возвращение контроля над телом и подвижности. Собрав остатки энергии меча в крошечный сгусток величиной с ногтевую пластину, он запустил циркуляцию Духовного метода древесного облика, направляя живительные потоки на исцеление разорванных мышц и раздробленных костей.

Ранее он уже довел свои техники закалки тела до этапа костей, и этот сокрушительный удар, как ни странно, сыграл ему на руку, став воплощением принципа «разрушить, чтобы воздвигнуть заново». Под воздействием мощной жизненной силы сломанные кости крупица за крупицей начали стягиваться воедино: один дюйм, два, три!..

Подобное критическое состояние идеально подходило для прорыва в методах закалки тела. Перерождающиеся кости становились в разы прочнее прежних, они покрылись едва заметной золотистой защитной пленкой и ярко засияли в его внутреннем взоре.

Объем энергии меча, который он мог задействовать, был крайне мал, поэтому скорость полных кругов циркуляции оставалась черепашьей. Внутри светового столба не было ни солнца, ни луны, ни звезд, так что Чэн Линь полностью потерял счет времени, лишь методично, раз за разом гоняя энергию по меридианам и восстанавливая скелет.

Время медленно текло вперед. Прошли дни, а может, и целые месяцы, пока наконец кости в его теле полностью не срослись. В это самое мгновение по его телу прокатилась череда глухих, раскатистых щелчков; скелет испустил мягкое золотое свечение, а техники закалки тела сами собой совершили качественный скачок, плавно перейдя на следующий фундаментальный этап — этап костного мозга.

Не тратя времени на ликование, он с помощью божественного чувства мгновенно отдал приказ мышцам и медленно поднялся на ноги. Наконец-то контроль над телом был полностью восстановлен. Оглядевшись по сторонам, он уставился на открывшуюся картину, и его глаза ярко блеснули, а дыхание перехватило.

Прямо под его ногами находилась идеально круглая металлическая площадка, со всех сторон ограниченная световым барьером. На её поверхности были выгравированы глубокие, замысловатые узоры формации. Среди этих линий выделялись пять глубоких желобов, соединенных между собой в форме правильной пятиконечной звезды — пентаграммы.

В самом центре этой геометрической фигуры в пол была наискось воткнута бумажная страница, источающая ослепительное золотое сияние.

— Золотая страница! Здесь действительно скрывалась золотая страница!.. Причем, в отличие от предыдущих пяти, она не была спрятана в толще какой-то древней книги, а изначально находилась в своем истинном облике! А вокруг неё по идеальному кругу вбиты девять нежно-голубых бессмертных кристаллов, точь-в-точь таких же, как тот, что держал золотой скелет наверху.

Сердце Чэн Линя бешено заколотилось. Это была шестая золотая страница. Судя по всему, при жизни она принадлежала тому самому золотому скелету, именно поэтому она и пребывала здесь в обнаженном виде, а не маскировалась под книжный фолиант.

Подавив бушующий восторг, он на мгновение растерялся. В прошлые разы ему всегда приходилось капать кровью на древние книги, чтобы пробудить страницы, но как действовать теперь, когда артефакт изначально открыт перед ним? Поможет ли прежний метод?

Немного поколебавшись, он прикусил палец и выдавил каплю эссенции крови, после чего резким движением правой руки послал её прямо к золотому листу. В следующий миг страница окрасилась в багрово-алые тона и плавно оторвалась от металлического пола, взмывая в воздух.

Стоило ей взлететь, как вся земля под ногами Чэн Линя заходила ходуном. Кроваво-красный цвет с поверхности листа, будто жидкий поток, хлынул вниз и заполнил желоба пятиконечной звезды. Не прошло и пары мгновений, как вся пентаграмма вспыхнула яростным алым светом, и колоссальная кровавая звезда устремилась прямо в высь.

Вслед за этим грохот и тряска усилились во много раз. Пространство, очерченное девятью бессмертными кристаллами, внезапно разверзлось, превратившись в зияющую черную дыру. Из этой бездны хлынула чудовищная сила притяжения; парящая в воздухе золотая страница замерла и мелко задрожала, готовая в любой миг оказаться затянутой в этот пространственный водоворот.

Чэн Линь пришел в ужас. Золотые страницы были его величайшей тайной, нерушимым фундаментом и главной гарантией того, что он смог добраться до нынешних высот культивации. Какую бы цену ему ни пришлось заплатить, он не мог позволить ей исчезнуть прямо у него на глазах!

Он рванулся вперед, пытаясь перехватить страницу, однако защитное поле, выстроенное девятью бессмертными кристаллами, сработало как мощный пружинный барьер: парня с силой отбросило назад.

Времени на раздумья не оставалось. Сжав ладони, Чэн Линь до предела разогнал энергию меча, влив всю доступную энергию в Меч Рёв Дракона, и со всей яростью обрушил клинок на пространственный барьер.

Бум!

Раздался оглушительный, раскатистый взрыв. Меч прорубил в защитном поле кристаллов глубокую брешь, из которой тут же с новой силой рванул всасывающий вихрь. Забыв обо всем на свете, Чэн Линь с силой вонзил Меч Рёв Дракона глубоко в металлический пол, используя его как рычаг и точку опоры, вытянул свободную руку вперед, намертво вцепился в ускользающую золотую страницу и рванул её на себя!

Стоило золотой странице коснуться его пальцев, как она мгновенно растворилась и ушла внутрь его тела. Однако тяга из черной дыры стала настолько неистовой, что удерживать равновесие было почти невозможно. Перед ним встал жесткий выбор: либо позволить вихрю утянуть себя в неизведанную черную бездну, либо вырваться за пределы золотого столпа света прямо в бушующее изумрудное море пламени.

Но даже в верхних слоях леденящая стужа этого огня едва не убила его, а у самого дна морозная энергия обещала быть во много раз свирепее. Вспомнив о Юнь Цзинвэнь, которая все еще ждала его в тайной комнате, он принял решение. Резким движением правой руки он вслепую выхватил из земли несколько бессмертных кристаллов и в то же мгновение задействовал технику мгновенного перемещения, оказавшись у самого края золотого столпа, после чего рыбкой выпрыгнул наружу.

Запредельный, лютый холод мгновенно сковал его естество. В этот же миг пространство внутри золотого столпа окончательно превратилось в колоссальную пространственную воронку; окружающая Иньская стужа со всего ущелья лавиной хлынула туда, превратившись в мириады леденящих ножей, которые безжалостно полосовали его тело насквозь.

Не поднимись его уровень закалки тела на новую ступень буквально несколько минут назад, этот натиск гарантированно превратил бы его в ледяную пыль. Кое-как разогнав истинную энергию, он на пределе возможностей устремился вертикально вверх. Сейчас главным было оторваться от самого дна огненного моря — на высоте справляться со стужей должно быть значительно проще.

Он летел вверх в течение долгого времени, и по мере подъема морозная энергия действительно начала ослабевать, став вполне терпимой для его обновленного организма. Расширив божественное чувство, он обнаружил, что всё это гигантское море пламени сейчас постепенно затягивается в пространственный разлом, образовавшийся на месте пятиконечной звезды.

С трудом сориентировавшись в пространстве, он полетел обратно по тому маршруту, которым прибыл сюда. Однако обратный путь дался ему в разы тяжелее: бесчисленные потоки леденящей стужи били ему прямо в лицо, сопротивление воздуха росло с каждым метром, а Шаг Пустоты и Техника Гравитации уже работали на пределе своих лимитов.

Спустя неизвестно сколько времени впереди наконец-то показались очертания знакомого каменного обрыва. В душе Чэн Линя вспыхнула радость; собрав последние крохи энергии меча, он совершил финальный рывок и тяжело рухнул на твердую землю.

Едва его подошвы коснулись земли, он камнем повалился ниц, превратившись в бесформенную, изнуренную массу. Произошедшее у дна было слишком опасным: замешкайся он хоть на секунду, его бы безвозвратно засосало в ту бездну. Кто знает, что за кошмар таился под пентаграммой, но на подсознательном уровне разум подсказывал, что хорошего там ждать не приходилось.

Полет на расстояние в сотню ли высушил его запасы энергии меча до самого дна, в голове воцарился полнейший хаос — психические силы и энергия души были истощены борьбой с лютым стужей. На него навалилась свинцовая, непреодолимая усталость, веки сомкнулись сами собой, и он погрузился в глубокий, беспробудный сон.

Сознание его было туманным и тяжелым, и в этом полузабытьи он словно очутился на самых дальних подступах к неизведанному звездному небу. Очертания этого звездного скопления были весьма причудливыми: оно имело овальную форму, где левый край был заметно опущен, а правый, напротив, уходил высоко вверх, поразительно напоминая анатомическую структуру человеческого мозга. Мягкое белое сияние плотным коконом окутывало всю эту космическую область, то затухая, то разгораясь вновь.

Спустя мгновение из глубин этого звездного региона плавно выступила фигура практика в белоснежных одеждах, который не спеша приблизился к нему. Тело незнакомца постепенно начало становиться прозрачным, позволяя Чэн Линю в мельчайших деталях рассмотреть сетку кровеносных сосудов и внутреннее строение его черепа.

Внутри его головы проявился уменьшенный силуэт того же практика в белом; он выглядел крайне призрачным и иллюзорным, напоминая чистую душу. Иллюзорный силуэт разомкнул веки и уставился прямо на Чэн Линя, а из неизмеримой дали донесся гулкий, раскатистый голос:

— Предельное число Небесного Развертывания есть девять, и всё, что сверх девяти, переливается через край. Душа и дух суть истинный корень человеческого естества; первый оборот божественной души рождает духовность. Практики оружия занимают свои места, моря принимают в себя сотни рек, позволяя боевому строю развернуться в авангарде!..

Этот гулкий, величественный резонанс походил на тихий шепот самого Небесного Дао. Он раз за разом проносился эхом в его сознании, пока спустя долгое время не начал постепенно затихать, окончательно растворившись в небытии.

Прошло немало времени...

Когда Чэн Линь наконец открыл глаза, он с изумлением и восторгом обнаружил, что в его голове воцарилась абсолютная, звенящая ясность, а прежняя раскалывающая боль исчезла без следа. Энергия души в его сознании уплотнилась и стала кристально прозрачной, а психические силы очистились до безупречного состояния, даже немного прибавив в объеме по сравнению с прежними показателями.

Энергия меча внутри меридианов полностью восстановилась до своего пика. Вспоминая увиденную во сне космическую картину, он чувствовал себя так, словно прожил целую отдельную жизнь!

Неужели шестая золотая страница передала ему метод тренировки божественного чувства — то есть самую редкую и дефицитную технику во всем мире боевых искусств?

Техники для развития божественного чувства и души во всей вселенной практиков ценились на вес золота, их было ничтожно мало. О них почти не слышали на его родной обитаемой звезде, да и в Высшем Мире подобные методики считались величайшей редкостью. Без наличия колоссального врожденного таланта души и глубочайшего понимания законов мироздания создать подобный метод было попросту невозможно.

Душа Чэн Линя изначально была в разы сильнее, чем у обычных людей, благодаря чему его проницательность, успехи в искусстве формаций, алхимии, постижении концепций и техник меча достигли столь невероятных высот. Не обладай он подобным колоссальным потенциалом души, разве смог бы он за какие-то пару десятков лет добиться таких оглушительных результатов?

С того самого момента, как его душа переселилась на Континент Лазурных Волн, этот мощный ментальный фундамент постоянно оказывал ему неоценимую поддержку. И если полученная техника действительно предназначена для тренировки божественного чувства, это откроет перед ним совершенно новые горизонты. Когда практик добирается до определенных высот, именно душа становится его истинным корнем — и только при условии её силы уровень культивации сможет неуклонно расти вверх.

Метод, переданный золотой страницей, носил величественное название «Девять оборотов божественной души», и каждый отдельный оборот открывал перед практиком удивительные грани применения ментальной силы.

До этого момента душа и психические силы Чэн Линя хоть и превосходили показатели рядовых культиваторов, однако в плане их практического использования он оставался сущим младенцем: он лишь пассивно пожинал плоды в виде высокой проницательности, обостренных чувств и крепкой ментальной стойкости.

Но если он сумеет освоить хотя бы первый оборот божественной души, его ментальная энергия и божественное чувство выстроятся в идеальную структуру, породив принципиально новую, грозную силу. Это можно было сравнить с разницей между обученной, дисциплинированной регулярной армией и разрозненной толпой ополченцев: даже при равной численности в тысячу человек разрыв в их реальной боевой мощи будет просто астрономическим.

Первый оборот божественной души как раз и был призван упорядочить врожденные преимущества Чэн Линя, позволив ему дирижировать ментальными потоками так же легко, как полководец управляет батальонами на поле боя. Стоит ему завершить эту тренировку, и он сможет без труда сокрушать ментальные щиты не то что тысячи разрозненных противников, но даже выходить победителем против десяти тысяч или десятков тысяч врагов одновременно!

В этот раз его улов оказался поистине колоссальным. Шестая золотая страница, уникальная техника для души, качественный прорыв в закалке тела и укрепление Семени меча — результаты этого похода стоили дороже, чем десять лет непрерывного уединенного затворничества в четырех стенах!